А.А. Головлёв
(г. Самара)
ИЗ ИСТОРИИ ХУТОРА ВАСИЛЬЕВА ЕРМОЛОВСКОЙ СТАНИЦЫ ТЕРСКОЙ ОБЛАСТИ
Ранней весной 1840 г. началось всеобщее восстание Чечни, вследствие которого жители почти всех левобережных аулов и хуторов переселились на правобережье Сунжи и перешли под власть имама Шамиля.Н.Ф. Дубровин сообщал об этом так: «С началом восстания большая часть чеченцев, живших между Тереком и Сунжею, бежали за эту последнюю реку. На правом берегу Терека и на левом Сунжи осталось только несколько небольших аулов. Опустелая земля их начала заселяться казачьими станицами…» [1, с. 368].
     Появление большинства казачьих поселений в междуречье Терек – Сунжа в 40-60-х гг. XIX в. связывается нами не с уничтожением чеченских аулов и хуторов русскими войсками для последующего основания на их руинах казачьих станиц и хуторов, а с добровольным оставлением территории чеченцами, перешедшими на сторону имама Шамиля для ведения войны с Россией.
     Несмотря на то, что после 1840 г. разновременно часть чеченцев возвратилась из-под власти имама Шамиля на территорию междуречья Терек – Сунжа и поселилась здесь под защитой русских укреплений, на указанном пространстве оставались значительные площади пустующих земель.
     В 1845 г. на средней Сунже водворяются станицы Троицкая и Сунженская (Слепцовская), в 1846 г. закладывается Михайловская станица, в 1851 г. возникают Самашкинская
и Алхан-Юртовская (Ермоловская) станицы, в 1853 г. основывается Закан-Юртовская (Романовская) станица, а в 1859 г. – Карабулакская станица. Совокупно в этих станицах
насчитывалось около 2 700 дворов и более 15 800 жителей [4]. Казачье население разместилось на узкой возвышенной равнине, лежавшей между левым берегом Сунжи и подножием южного склона Сунженского хребта. Станичники испытывали дефицит в пахотных землях, выгонах и покосах, увеличивавшийся в связи с численным ростом казачьего населения. Поэтому казаки приступили к освоению земель, находившихся на северном (наиболее увлажнённом атмосферными осадками) склоне Сунженского хребта и в плодородной, но засушливой и безводной Алханчуртовской долине. Таким образом, при станице Слепцовской образовались хутора Маковкин и Мещеряков, а при Романовской станице – Гунюшки и Новый хутор. На юртовых землях станицы Ермоловской образовались хутора Васильева (6), Кузнецова (Кузнецовский хутор), Козлов, Старо-Баскаков и Ново-Баскаков.
      Об освоении сунженскими казаками земель Алханчуртовской долины и её возвышенного обрамления писал горный инженер Ф.Г. фон-Кошкуль [8], осуществивший в конце 70-х гг. XIX в. геологические исследования этой местности для определения возможностей её обводнения в сельскохозяйственных целях. Ф.Г. фон-Кошкуль писал о
том, что Алханчуртовская долина, оказавшаяся никем не занятой после переселения из неё горских племён в другие места, стала осваиваться казаками семи сунженских станиц.
В Алханчуртовской долине казачье население получило в надел до 60 тысяч десятин земли.
      Вероятно, хутор Васильева и близлежащий хутор Кузнецова первоначально назывались Мамакай-юртовскими хуторами. Ф.Г. фон-Кошкуль [8] локализует Мамакай-
юртовские хутора приблизительно в 3 верстах к югу от подошвы скалистого гребня Терского хребта, с террасового уступа которого тогда вытекали Мамакаевские серные
воды с температурой +58,5°Ré (+ 73,1°C).
     Рядом с местом выхода на поверхность горячих Мамакаевских серных вод до казачьей колонизации Алханчуртовской долины находился небольшой чеченский аул Мамакай-юрт (Мамакхин юрт). Как мы полагаем, от названия чеченского аула, покинутого жителями, произошло не только название Мамакай-юртовских хуторов, но и название Мамакаевской балки, расположенной неподалеку от казачьих хуторов на северном склоне Сунженского хребта.
      Рассмотрим теперь в динамике статистические данные, административные и иные сведения, относящиеся к хутору Васильева. Согласно «Списку населенных мест Терской
области…» [2], по состоянию на 01.01.1883 г.к станице Алхан-юртовской 5-го участка Грозненского округа (местопребывание участкового пристава – аул Шама-юрт) относились Васильев хутор (38 дворов), хутор Козлов (24 двора) и старообрядческий скит с 18 иноками. В 1900 г. Васильев хутор в административном отношении числился при Ермоловской станице Кизлярского отдела. В военном отношении Васильев хутор относился к Кизляро-Гребенскому полковому округу Терского казачьего войска, в церковном отношении – к 8 благочинническому округу Владикавказской епархии. Васильевский хутор состоял из 71 двора с 332 жителями. Многие местные казаки по вероисповеданию являлись старообрядцами, поэтому на хуторе действовал староверческий молитвенный дом [6].
     В 1906 г. на хуторе Васильева числилось 97 дворов с 543 жителями. Базарные дни проводились по воскресеньям [7]. По состоянию на 01.07.1914 г., станица Ермоловская находилась в составе 4-го участка Кизлярского отдела (ставка участкового начальника располагалась в соседней Грозненской станице). К Ермоловскому станичному правлению причислялись хутора Васильева, Кузнецова, Старо-Баскаков и Ново-Баскаков. Хутор Васильева состоял из 138 дворов с 453 коренными и 70 пришлыми жителями. Все хуторяне были русскими, а по вероисповеданию – православными и старообрядцами [3].
     Точное местоположение хутора Васильева обозначено на «Плане Грозненского нефтяного месторождения…», составленном в 1901-1902 гг. горным инженером Е.М. Юшкиным [9]. Хутор находился на речке Серной (первой), немного выше по её течению от места слияния с Серной речкой (второй). Серная речка (первая) разделяла хутор на две части. В центре хутора располагалась православная церковь. Около хутора Васильева юртовые земли Ермоловской станицы соприкасались с земельным наделом Грозненской станицы.
      В советское время с подачи А.С. Сулейманова [5] стало распространяться мнение о том, что станица Первомайская (бывший хутор Васильева, переименованный и преобразованный в станицу) – не что иное, как чеченский аул Мамакхайн-Юрт. В этой связи нами был проведён опрос местных казачьих старожилов при посещении станицы Первомайской 23.07.1991 г. Одна казачка, 1909 года рождения, сообщила, что чеченский аул Мамакай-Юрт (она называла его Мамкин-хутор, Мамка-хутор) в прошлом находился за пределами территории нынешней станицы Первомайской (7). Мамкин-хутор располагался по левую сторону от современного Алханчуртовского канала, тогда как станица Первомайская находится по правую сторону канала. Более того, Мамкин-хутор находился на заметном удалении от нынешней станицы Первомайской – у самого подножия южного склона Терского хребта. Выше Мамкин-хутора проходила балка, по которой текли горячие серные воды. Сын казачки-рассказчицы добавил, что на месте бывшего Мамкин-хутора до сих пор находят угольки и золу.
     Со слов местных казаков-старожилов нами были записаны названия балок, расположенных в окрестностях станицы Первомайской, а также некоторые казачьи фамилии. Балки: Бирючья, Блазнова, Бычкова, Водяная, Вторая Колодезная, Глубокая, Горшанёва, Горячая, Дедова, Первая Колодезная, Песчаная, Попадьина, Спорная, Старо-Хуторская (8). Коренные казачьи фамилии: Васильевы, Изюмские, Кузнецовы, Курноскины (они Старо-Хуторские), Перезоловы, Серебряковы, Сидельниковы, Уваровы, Фальчиковы (в васильевской церкви служил батюшка – представитель этой фамилии), Фёдоровы.
     Гражданская война и окончательное утверждение советской власти на Тереке запустили процесс, который в конечном итоге привёл к ликвидации станицы Первомайской как населённой казаками. Ликвидация Терского казачьего войска и передача бывших войсковых земель, станиц и хуторов в состав национальных (автономных) образований Северного Кавказа, репрессии и расказачивание, обрушившиеся на терских казаков, – вот те факторы, которые привели к гибели не только станицы Первомайской, но и многих других казачьих поселений. В постсоветский период произошло окончательное перерождение казачьей станицы в чеченское селение. Хотя в настоящее время станица Первомайская официально именуется станицей, по факту это уже не казачья станица, а селение с исключительно чеченским населением. Вместо уничтоженной советской властью православной церкви теперь здесь возведена мечеть.
_________________________
(6) Другие названия этого хутора: Васильевский хутор, Васильев хутор, Васильевка.
(7) Казачье название указывает на то, что это был не аул, а хутор. В русской исторической литературе чеченские хутора часто назывались аулами, хотя по числу домов и жителей это были именно хутора, а не аулы.
(8) В работе А.С. Сулейманова [5] эти балки не упоминаются, что является частным примером невысокого уровня детализации казачьей топонимики бывшей Чечено-Ингушской АССР.
_________________________
Примечания:
1. Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. Т. I. Очерк Кавказа и народов его населяющих. Кн. I. Кавказ. Санкт-Петербург: Типография Департамента
уделов, 1871. 640 с.
2. Список населенных мест Терской области по сведениям к 1-му января 1883 года / Составлен Терским областным статистическим комитетом под редакцией секретаря комитета Н.А. Благовещенского. Владикавказ: Типография Терского областного правления, 1885. 58 с.
3. Список населенных мест Терской области (по данным к 1-му июля 1914 года) / Издание Терского областного статистического комитета; под ред. С.П. Гортинского. Владикавказ: Электротипография Терского областного правления, 1915. 459 с.
4. Список станиц Терского казачьего войска с показанием времени основания, положения и народонаселения каждой станицы. Приложение II // Сборник сведений о Терской области / Издание Терского областного статистического комитета под редакцией и. д. секретаря комитета Н.А. Благовещенского. Владикавказ: Типография Терского областного правления, 1878. С. 372–375.
5. Сулейманов А.С. Топонимия Чечено-Ингушетии. Ч. IV. Грозный: Чечено-Ингушское книжное издательство, 1985. 224 с.
6. Терский календарь на 1901 год / Издание Терского областного статистического комитета под редакцией члена-секретаря комитета Г.А. Вертепова. Выпуск десятый. Владикавказ: Типография Терского областного правления, 1900.
7. Терский календарь на 1906 год / Издание Терского областного статистического комитета под редакцией Г.А. Вертепова. Выпуск пятнадцатый. Владикавказ: Типография Терского областного правления, 1906.
8. Фон-Кошкуль Ф.Г. Геологические исследования, произведенные в хребтах Терском и Кабардинско-Сунженском и в находящейся между ними долине Алхан-Чурт // Горный
журнал. 1879. Т. 3. № 8. С. 170–204.
9. Юшкин Е.М. Геологические исследования Грозненского нефтяного месторождения в 1901–1902 гг. (Предварительный отчет) // Известия Геологического комитета. СПб., 1903.
Т. XXII. № 10. С. 619–644.